Журнал для директоров клиник

Секреты успеха клиники

Как открыть клинику остеопатии

Анна Шумейко
17 октября 2017 г.

Как вы попали в медицину?

У нас это семейное дело. Бабушка поступила в медицинский вуз, но из-за начала войны пошла в итоге работать на завод. Мама, отец, тетя, брат — все они работают в медицине. И я в итоге тоже пришла к выводу, что хочу быть врачом. Почему выбрала остеопатию?

Во время учебы начала видеть, что у лекарств есть побочные эффекты, которые приходится компенсировать уже другими препаратами. И вся медицина балансирует между положительными и побочными эффектами.

Меня это не устраивало, поэтому я решила заниматься реабилитацией. Так как в России это направление находится в зачаточном состоянии, пошла в спортивную медицину, и уже там познакомилась с остеопатией. Я видела, что после остеопатического лечения пациенты выздоравливали быстрее и чувствовали себя лучше. Через год после получения диплома, пошла учиться на остеопата. Отучившись еще четыре года в России, я уехала продолжать образование в Ригу. И теперь живу между двумя городами: сейчас я преподаю в латвийском университете сама. Там остеопатия — уже довольно давно врачебная специализация, ее осваивают в резидентуре (это аналог нашей ординатуры). Курс обучения длится 4 года. Но, как и везде, выпустить профессионала невозможно. Университет дает базовые навыки. Чтобы отработать их, понимать, как лечить каждого из пациентов, нужно еще в среднем лет пять.

Река жизни ЛФК

Как обстоят дела с остеопатией в России?

Очень непросто. С одной стороны, специалистов по остеопатии сейчас обучают и у нас. С другой — документации на лицензирование помещений под это направление не существует. А значит, нет ни специализированных клиник, ни помещений.

Как вы решили эту проблему здесь, в «Реке жизни»?

Наш медицинский центр работает под лицензируемыми направлениями: мануальной терапией, неврологией, терапией. К сожалению, в России пока можно организовать работу остеопатической клиники только так. Сейчас речь об официальном лицензировании уже идет, говорят, что оно должно появиться в 2018 году, но пока в этом нет никакой уверенности.

Насколько текущее лицензирование разнится с вашей реальной работой?

И остеопатия, и мануальная терапия — техники, подразумевающие лечение руками. Но философия у них разная.

Мануальный терапевт смотрит, где нет движения, и делает так, чтобы оно там было. Остеопат задается вопросом, в чем причина текущего состояния. Зачем, например, заставлять спину двигаться, если настоящая проблема связана с аппаратом внутренних органов? Мы идем к первопричине проблемы и исправляем именно ее.

За счет этого наша эффективность выше, но при этом эффект получается отложенный: телу нужно время, чтобы вернуться в норму. Мы часто работаем за один сеанс, в то время как у мануального терапевта нужно обычно пройти минимум десять. Предположим, на первом он видит, что какой-то позвонок не двигается. Он вправляет его. Но когда позвонок оказывается на месте, начинает тянуть связка — и позвонок через 20 метров от клиники возвращается туда, где он был. На следующем сеансе мануальный терапевт снова вправляет его — и так все 10 раз. После 10 сеанса терапевт говорит: «Ну, теперь вы здоровы». Подход остеопатов другой: мы ищем причину и исправляем ее. А потом, спустя 2-3 недели, некоторые пациенты отзваниваются нам: «Спасибо, все прошло». По цене при этом услуги остеопатов и мануальных терапевтов в итоге получаются примерно одинаковыми.

Как решили создать свою клинику?

Меня очень сильно злило то, что остеопатию стали превращать в первую очередь в бизнес.

Очевидно, что любой вид работы должен приносить деньги. Но когда они ставятся во главу всего, медицина начинает рушиться. Она не может существовать в таких рамках. Медицина, в первую очередь, существует для помощи. Именно оказание помощи в качестве побочного эффекта приносит деньги.

До того, как создать клинику, я работала в кабинете, сама по себе. Но мне не нравилось, что мне некому передать пациентов при необходимости — например, когда запись полная (у меня она полная практически всегда), но кто-то звонит и просит принять срочно. В таких случаях хорошо знать врачей, на которых можно положиться. И мне хотелось создать пространство, где я могла бы работать с людьми, понимающими остеопатию точно так же, как и я, со схожим уровнем образования, с которыми я могла бы говорить на одном языке и которым можно было бы спокойно передавать пациентов. Я нашла врачей, которые хотели того же самого, мы договорились и в течение 2-3 лет создали эту клинику, в которой работаем сейчас.

Река жизни холл

Чем ваша клиника отличается от конкурентов?

В первую очередь, подходом к найму врачей. Одно из условий работы здесь — продолжение обучения. Я хочу, чтобы люди, которые у меня работают, постоянно продолжали развиваться как специалисты. Раз в месяц мы проводим общий сбор, где обмениваемся опытом, разбираем клинические случаи, рассказываем о своих наработках. Таким образом мы создаем некую формацию людей, которые понимают друг друга и работают в жесткой сцепке. Если я передаю пациента, я точно знаю, как им будут заниматься, я уверена, что мои записи поймут правильно.

В нашей специальности есть специфическая проблема: молодежь, которая сейчас учится, уходит от клиники, от анатомии человека. Они говорят: «Зачем мне учить анатомию, я же чувствую руками, что у пациента расслабляется». Я против такого подхода. Мало чувствовать, что что-то расслабляется — нужно понимать, что именно расслабляется, как конкретно, почему, как это повлияет на симптоматику, с которой пришел пациент, что нужно делать дальше. Я как преподаватель знаю, насколько остеопату важно изучить анатомию, физиологию, эмбриологию. Это три основных направления, которые нам нужны для работы. И все это нужно знать, чтобы работать у нас.

В следующей части интервью Анна Шумейко расскажет об организационной структуре медицинского центра и способах поиска лучших специалистов в клинику.

Подписка на рассылку

Получайте первым информацию о новых публикациях на почту